События

Василий БОЙКО: «В ближайшие годы объемы внесения минеральных удобрений на омских полях удвоятся, но этого все равно мало»

CeC306_vnutr14

CeC306_vnutr15

CeC306_vnutr16

Василий БОЙКО,  доктор с.­х. наук, врио директора ФГБНУ «Омский АНЦ»

Василий БОЙКО: «В ближайшие годы объемы внесения минеральных удобрений на омских полях удвоятся, но этого все равно мало»

Недостаточное внимание к почве и ошибки при ее использовании – вот основная причина, мешающая омским растениеводам получать высокие урожаи. Об этом, а также о том, как помочь земле стать более плодородной, – наш разговор с руководителем ФГБНУ «Омский АНЦ» доктором с.­х. наук Василием БОЙКО.

­ Василий Сергеевич, в целом насколько омская земля плодородна по сравнению с соседними регионами?

­ В Омском регионе гораздо больше, чем в той же Новосибирской области или Алтайском крае, выражена зональность. Южная часть области, наиболее развитая в земледельческом плане, представлена различными подтипами черноземов: это довольно плодородные почвы. В то же время на севере и в центральной части области почвы достаточно проблемные. Особенно малоплодородны   земли Называевского, Колосовского, Любинского районов  в северной  лесостепи и дерново­подзолистые и светло­серые  почвы  в районах подтаежной  зоны. Однако в каждом районе есть площади, которые более или менее пригодны для посева зерновых и кормовых культур, там живут и занимаются  сельскохозяйственным производством товаропроизводители  различных форм собственности. В принципе, плодородие у нас неплохое, средневзвешенное содержание гумуса в почве – чуть более 5%. В той же Томской области и других регионах, расположенных к северу от нас, почвы гораздо беднее.

Что касается самих показателей плодородия, то их масса. Даже не каждый специалист может правильно охарактеризовать тот или иной  тип, подтип, разновидность почв, уже не говоря о том, чтобы грамотно ее использовать. Не случайно эти вопросы сейчас поднимаются региональным Минсельхозом. Наши урожаи могут быть намного выше. Настал момент, когда нужно принимать шаги по повышению потенциального плодородия почв, чтобы работа аграриев была более эффективной.

­ Чего не хватает нашим растениям?

­ В первую очередь наши почвы не богаты азотом, а это основной питательный элемент для всех растений. Азота достаточно только на паровых полях, которые занимают около 440–460 тыс. га пахотных земель. Вся остальная площадь требует внесения азотных удобрений –  хотя бы в небольшом количестве.

Непростая ситуация складывается и по фосфору. В природе вообще практически нет почв, богатых данным химическим элементом. Поэтому выход один – удобрять. По содержанию фосфора в 1980­е годы, в пиковый по внесению удобрений период, был достигнут положительный баланс. Для большинства культур оптимальное содержание этого элемента в почве – 140–170 мг/кг. Последействие той работы 1980­х годов было довольно длительным, но спустя 20 и более лет эти запасы истощились, и теперь вопрос по внесению фосфорсодержащих удобрений опять актуален. Хотя они и дорогостоящие. Но в то же время, например, бобовые культуры очень отзывчивы на эти удобрения: урожай благодаря им может буквально удвоиться.

Здесь еще важен вопрос правильной организации внесения удобрений. Даже при том небольшом объеме, который у нас применяется, его надо грамотно распределить, внести в нужное время, правильном количестве, и тогда даже при высокой их стоимости  эта работа будет экономически эффективной.

Даже в лучшие годы, о которых я упоминал, организация применения удобрений была не на высоте, допущено много ошибок. Сейчас, когда сельхозтоваропроизводители думают об экономике своего хозяйства, они стараются внимательно подходить к данному вопросу, но все равно не хватает профессиональных знаний и опыта. Поэтому аграриям, как и любому специалисту, необходимо непрерывно учиться.

­ А как у нас обстоят дела с органикой? И каков ее вклад в повышение урожайности?

­ Конечно, органические удобрения могут сыграть определенную  положительную роль, поскольку они комплексные по своему составу – в них присутствуют  азот,  фосфор, калий и микроэлементы. Однако органики у нас тоже, к сожалению, вносится немного. Даже в 1980­х годах мы применяли не более 3 тонн на гектар. Сейчас намного меньше.

Надо понимать, что с помощью минеральных удобрений повысить урожайность в ближайшие годы будет сложно из­за их  высокой стоимости, поэтому нужно опираться и на биологические факторы  плодородия – менее затратные.

К примеру, та же солома – это тоже органическое удобрение, и хотя по составу она бедная, ее накопления в почве имеют положительные последствия: улучшаются физические свойства, повышается влагоудерживающая способность почвы. Да, на урожайность такого заметного влияния она не оказывает без совместного внесения с минеральными удобрениями, но  ее все равно необходимо утилизировать.

Заменить  минеральное питание биологические факторы не могут. Без достаточного минерального питания нельзя получить полноценную доброкачественную продукцию. Это касается как зерновых, так и кормовых культур. В частности, наши проблемы в молочном животноводстве напрямую связаны с тем, что качество выращиваемых кормов еще оставляет желать лучшего.

­ Каков сегодня охват минеральными удобрениями омских полей?

­ Площадь, на которой вносятся минеральные удобрения, невелика – может, около 400 тыс. га. Это не более 10–15% от всего пахотного фонда региона. Если в 1980­х годах мы вносили 50–60 кг действующего вещества на гектар, сейчас – менее 10. И то это «средняя температура по больнице»: то есть существует 20–30 успешных   предприятий, которые вносят удобрения в рекомендуемых дозах, а все остальные хозяйства этого просто не делают, потому что не имеют финансовой возможности. Надеюсь, что господдержка в виде субсидий на приобретение минеральных удобрений поможет снизить эту нагрузку на аграриев и увеличить долю удобряемой пашни в регионе.

­ В соседних регионах ситуация аналогичная?

­ В тех регионах, где бюджеты повыше, например в Тюмени, Новосибирске или Красноярске, – там и удобрений вносится больше – от 30  до 50 кг действующего вещества на гектар. Но у них и почвы беднее, и площади пашни поменьше. В целом там ситуация с внесением удобрений лучше, чем у нас. Однако благодаря тому, что у нас большие территории, а черноземные почвы составляют более половины пахотного фонда, производство зерна и молока у нас выше, чем в соседних регионах. К примеру, в Алтайском крае удобрений вносится так же немного, как и в Омске (что опять же связано с небольшими возможностями бюджета), тем не менее эти регионы превосходят своих более благополучных соседей по производству основной сельхозпродукции. Мы держимся на плаву за счет естественного плодородия.

­ На ваш взгляд, насколько в ближайшие годы может вырасти объем внесения минеральных удобрений и как это скажется на урожайности?

­ В текущем году в Омской области внесли всего около 17 тыс. тонн действующего вещества, а в ближайшие годы, я думаю, мы удвоим данный объем. Хотя этого все равно недостаточно (в лучшие годы мы вносили и более 100 тыс. тонн д.в.), но тем не менее мы начинаем двигаться в нужном направлении. Растениеводство (а от него зависит и животноводство) не может долгое время развиваться без каких­то существенных вложений в ту же почву.

­ Вообще в последнее время омские аграрии стали более плотно сотрудничать с наукой?

­ По сути, часть сельхозтоваропроизводителей, которые полноценно работают, всегда плотно взаимодействуют с наукой – используют современные сорта, агротехнологии. Потому что просто вслепую двигаться – это неперспективно, опасно, и они это понимают. Аграрии  проводят самостоятельные эксперименты – например, пробуют внедрять то, что услышали от кого­то или увидели в другом регионе.  Все новшества они вводят осторожно – так, чтобы не нанести существенный ущерб экономике хозяйства. Как правило, речь идет о крупных предприятиях, которые имеют достаточный запас прочности и могут позволить себе такие эксперименты, пусть даже не всегда удачные. Это интересно, ведь поиск всегда приводит к каким­то результатам. Так, мы видим появление новых культур в регионе – например, той же чечевицы, обладающей высоким экспортным потенциалом. Поскольку Омская область полностью обеспечена собственной сельхозпродукцией, на первый план выходит возможность ее реализации в соседние регионы или за рубеж. Важно определиться с возделываемыми культурами, а это не так просто, потому что любое изменение структуры посевов, переход к новым агротехнологиям – это сложная и подчас рискованная работа. Тем не менее в растениеводстве нельзя сегодня работать по старинке, не развиваясь – это тупиковый путь.

­ Какие ошибки чаще всего допускают омские растениеводы, что негативно сказывается на состоянии почв и урожайности?

­ Почва – это довольно устойчивый объект, и она медленно меняет свои свойства даже в отрицательную сторону. У нас уже более 400 лет хлебопашеству в Сибири, и за это время характер почв существенно не изменился. Тем не менее многолетнее использование почв под выращивание различных культур, особенно монокультур, мятликовых культур, постепенно приводит к истощению фонда минерального питания. Поэтому растениеводство не может сегодня основываться только на экстенсивном подходе, при котором работы ведутся довольно примитивным способом.  Примерно половина  омских хозяйств работают на так называемом среднем уровне, когда вносятся какие­то небольшие дозы удобрений, проводятся минимальные защитные мероприятия. И очень мало предприятий практикуют интенсивный уровень ведения хозяйства – то есть соблюдают рекомендации по всем позициям (используют современные сорта, соблюдают сроки и правила работ, нормы высева, вносят нужные дозы минеральных удобрений, проводят защитные мероприятия, своевременную уборку и т.д.). В этом случае урожай формируется не в ущерб почве. Ведь известно, что агротехнология полноценна, только если она почвозащитна.

­ Сегодня в регионе пытаются возродить мелиорацию земель. Насколько, по­вашему, перспективно это направление?

­ Мелиоративная отрасль в стране за последние десятилетия была разрушена. На орошаемых землях в основном сосредоточены  были  посевы кормовых, а они в свое время резко сократились из­за спада в животноводстве. Но тем не менее небольшие объемы орошаемых  площадей остались, и сейчас  необходимо пытаться  получить возможность  включения  некоторых из них в целевую программу по реконструкции. Хозяйствам, которые расположены вдоль рек Иртыша
и Оми и имеют развитое животноводство, орошение может помочь с обеспечением кормовой базы. В 1990 году у нас было 115 тыс. земель под поливом, а сейчас не более 10 тысяч. А в других регионах и того меньше! Орошаемое земледелие – это очень сложная энерго­ и наукоемкая отрасль, и она в первую очередь пострадала в постперестроечный период. Конечно, в прежних объемах данная отрасль уже не восстановится, потому что это очень затратная деятельность, но в то же время мы видим пример других регионов, таких как Башкирия, Татарстан, уже не говоря про Поволжье, которые очень активно занимаются этой работой. Ведь для успешного ведения животноводства нам нужна стабильность в урожае даже в засушливые годы, и эти небольшие орошаемые участки позволяют обеспечить такую «подушку безопасности» для хозяйств
в  плане заготовки кормов и для выращивания  высокодоходных культур.

­ И последний вопрос – как раз о капризах погоды и нашей зависимости от них. В этом году посевная проходила в неблагоприятных агрометеорологических условиях. Удастся ли теперь выполнить амбициозные планы Минсельхоза по сбору 4 млн. тонн зерновых?

­  Любой прогноз – это неблагодарное дело, потому что и метеорологи ошибаются: в июле осадки выпали очень неравномерно. В июне выпала всего треть нормы. Весна была влажной, поздней, затянулся посев, и, конечно, развитие зерновых идет с отставанием (по кормовым здесь проблем меньше, из­за различных сроков уборки). Понятно, что будет напряжение в сентябре во время уборки, но пока посевы выглядят неплохо, и, учитывая стремление аграриев получить хороший урожай, думаю, будет проведена вся необходимая работа. Прогнозировать урожайность сложно – она может быть выше или ниже. Главное, чтобы этот урожай был экономически эффективным – в этом весь смысл.

Беседовала Виктория МУХИНА

CeC3(06)2018

 
 
 
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер