События

Олег ПОДКОРЫТОВ, глава омского Россельхознадзора: «Нужно научиться жить с АЧС»

CeC0202_vnut24

CeC0202_vnut25

Олег Подкорытов, глава омского Россельхознадзора: «Нужно научиться жить с АЧС»

Вспышка африканской чумы свиней, поразившая этим летом Омскую область, стала тяжелым испытанием для агрокомплекса региона. За два месяца было уничтожено 14512 животных. Полностью победить вирус не удастся, а значит, пока омичам придется научиться жить и работать в условиях АЧС.

– Олег Николаевич, почему было допущено распространение АЧС в регионе? И почему, несмотря на все принимаемые меры, вирус продолжает охватывать все новые районы области? Где слабое звено?

– Вспышки АЧС зафиксированы уже в 46 регионах России, распространение очень большое. Население не умеет и не приучено исполнять все законы, касающиеся учета поголовья, его идентификации, информирования ветслужбы о заболевании животных.

Виной тому человеческий фактор, недостаточный учет поголовья в ЛПХ, нарушения на убойных пунктах. Большой проблемой является утилизация биоотходов, особенно в ЛПХ, несанкционированная торговля в неустановленных местах.

У нас многие люди пытаются сами лечить животных и от всех недугов используют одну и ту же вакцину. А это недопустимо. Да и не все ветеринарные работники в районах области имеют высокую квалификацию. Вот даже возьмем первый случай вируса в регионе, который произошел в Саргатском районе, в ЛПХ Фиксель: долгое время животных лечили совершенно от другого заболевания, а когда обнаружили АЧС, время было потеряно, а их зараженные поросята и мясная продукция уже ушли в другие районы.

– Ходят разные слухи о том, как и почему вирус попал в Омскую область…

– Да, есть такое толкование, что вирус специально занесли в регион, чтобы личные подворья уничтожали свои поголовья, а крупные предприятия могли активнее развиваться. Но это, конечно, неправда. Крупные предприятия несут большие экономические потери в связи с необходимостью защиты от проникновения вируса.

В нашем управлении ветеринарии есть лаборатория, которая берет пробы, если результат оказывается положительным, то данные пробы оперативно отправляются в города Покров и Владимир, и если они там подтверждаются, только тогда происходит наложение карантина и отчуждение животных.

– У жителей тех районов, где очагов АЧС нет, скот не могут забрать?

– Конечно, нет. Животные отчуждаются в так называемой первой угрожаемой зоне – это территория, непосредственно прилегающая к эпизоотическому очагу АЧС до 20 км от его границ. Во второй угрожаемой зоне, которая опоясывает первую, свиньи не уничтожаются.

Также устанавливается вторая угрожаемая зона до 100 км, на которой действуют ограничительные мероприятия.

– Где гарантия, что отчужденных свиней действительно уничтожат, а не перепродадут, не пустят в переработку и т.д.?

– Это исключено. Дело в том, что для выполнения данных мероприятий создана специальная комиссия, все передвижения скота фиксируются, строго заполняются акты. Специалисты Управления Россельхознадзора,  ГИБДД и полиции работают не в одиночку, а в группах, перемещение животных возможно только по строго определенным маршрутам – например, нельзя пересекать федеральную трассу. Поэтому взять и куда­то увезти поросенка просто невозможно.

– Знаю, что в некоторых районах уже и бунты вспыхивали – крестьяне не отдавали своих животных…

– Были такие случаи. Поначалу, когда мы приезжали в некоторые населенные пункты, люди, считая, что их свиньи здоровы, не хотели их отдавать. В Новоархангеловке, например, поросенка спрятали в погреб, однако через два дня он заболел, и хозяин сам пришел с просьбой забрать больное животное.

И такие случаи были не единичны.

– Если владелец отказывается сдать скот, что ему грозит?

– Он может быть подвергнут административной или уголовной ответственности. При проведении отчуждения животных специалисты Управления неоднократно выявляли случаи сокрытия падежа, нарушений, связанных с содержанием животных. Были задержаны люди, которые пытались вывезти животных или мясную продукцию из угрожаемой зоны. Уже составлено 24 протокола, наложено штрафов на общую сумму 72 тыс. рублей.

Но основная часть населения все­таки с пониманием относится к случившемуся, осознавая,  какой экономический ущерб может нанести их району (и региону в целом) любое промедление с ликвидацией очага АЧС.

Очень важна оперативная работа администраций населенных пунктов. Отмечу, что активно и ответственно действовало даже во время выявления очагов АЧС руководство Любинского, Омского, Саргатского районов. Там были организованы сходы граждан, подворный обход представителями администрации районов и поселений. Главное здесь – быстрое реагирование. Практика показала, что любая задержка чревата тем, что животных или забитое мясо могут вывезти в другой район и болезнь вспыхнет там. Предотвратить распространение вируса, не уничтожив поголовье, практически невозможно. Вакцины от АЧС, как известно, нет.

– А каковы перспективы ее создания?

– В России данной проблемой занимаются два института – во Владимире и Покрове. Но результатов, как и во всем мире, пока нет.

– Хозяйства, где животные были отчуждены, в течение года не смогут заниматься свиноводством. Что им делать?

– Минсельхоз выразил готовность предоставить альтернативные виды животных для ведения подворного хозяйства (бычков, индюков и др.). А через год, если все будет благополучно, эти люди смогут вернуться к разведению свиней. Но беда в том, что все случаи вспышек АЧС у нас происходят именно в ЛПХ – потому что жители не соблюдают элементарных ветеринарных требований. Это большая проблема, которой необходимо заниматься.

– Почему АЧС не затронула крупных сельхозпроизводителей?

– Наши ведущие свиноводческие предприятия имеют 4­й компартмент, то есть признаны хозяйствами высокого уровня защиты. Они провели серьезную работу и затратили немалые средства для того, чтобы обезопасить не только свои комплексы, но и территорию вокруг них. Так, они создали буферную зону в радиусе 5–15 километров от своего предприятия и договаривались со своими работниками, чтобы те не заводили свиней в своих домашних хозяйствах. В самый пик заболеваемости часть сотрудников находились на предприятиях круглосуточно –
им оборудовали комнаты для проживания, организовали питание. На сегодняшний день все крупные агрокомплексы находятся под мониторингом. В других регионах уже есть печальные примеры, когда из­за АЧС были уничтожены крупные предприятия, поэтому полностью они не застрахованы. Работа по усилению биологической безопасности там должна вестись постоянно.

– По вашим прогнозам, когда эпизоотия АЧС пойдет на спад?

– Наша задача – не успокаиваться. На сегодняшний день на территории 12 районов Омской области и г. Омска 32 очага АЧС и 3 инфицированных объекта.

Теперь нам нужно научиться жить с АЧС. Расслабляться ни в коем случае нельзя. Мы понимаем, что часть ЛПХ забили свое поголовье и заполнили свои холодильники мясом, которое может быть заражено. Самое главное – не допустить попадание вируса в дикую природу и не распространять мясную продукцию за пределы первой угрожаемой зоны.

Требуется полное отчуждение диких кабанов в районах, где имелись очаги АЧС, и ежесуточный мониторинг этой ситуации.

В настоящее время мы отправили на пробы 41 голову диких кабанов, пока все результаты отрицательные.

– А как быть с культурой ведения личных подсобных хозяйств?

– При проведении работ мы видим, что большая часть ЛПХ бесхозяйственно ведет работу, с нарушениями элементарных ветсанправил.

Мы подготовили письма во все муниципальные районы и будем стараться инициировать проверки с разрешения прокуратуры тех подворий, где свинопоголовье составляет более 35 голов.

Ведь это уже, по сути, не личные подсобные хозяйства, и уровень их ведения должен быть значительно выше, чем сейчас: дезоматы, специальная одежда, только проверенные корма. И мы будем добиваться того, чтобы обязать такие ЛПХ выполнять все ветеринарные требования.

Беседовала Виктория Мухина

СеС 2(02)2017

 
 
 
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер